rjadovoj_rus (rjadovoj_rus) wrote,
rjadovoj_rus
rjadovoj_rus

При всем богатстве выбора - выбирать не из кого

Оригинал взят у tanyanetee в При всем богатстве выбора - выбирать не из кого


В предверии выборов вспомнился разговор со знакомым. В разговоре была затронута тема различия между гражданином и обывателем. Видимо, очень боясь быть причисленным к обывателям, знакомый привел "важный" аргумент в доказательство своей гражданственности: "а я голосую на выборах". Наверно, формально, выборы - это выражение своей гражданской позиции, участие в формировании законодательной и исполнительной власти государства (полномочия Президента включают элементы исполнительной власти). Но это только формально. Ведь избиратель голосует только за предложенные варианты, как в тесте на ЕГЭ. И даже не факт, что все предложенные варианты в бюллетене окажутся качественными. Часто, не зная кому отдать предпочтение, выбирают меньшее из нескольких зол. А потом жалуются и ноют, что всё им не так, и государство плохое", и "пенсии и зарплаты маленькие", и "воруют", и "дороги разбиты" и т.д.

Своим равнодушием они дали дорогу тем, кто пользуются пассивностью общества для удовлетворение своих амбиций. Эта немногочисленная кучка презирает этих людей за их безволие и бессилие. Для них это безликая толпа, цифры в колонке статистики, тягловая сила. Этой толпе можно наобещать, поулыбаться ей на предвыборных встречах, а после принять такие законы, которые сделают эту толпу еще более беспомощной. Самое интересное, что люди из-за своего равнодушия и нелюбознательности, даже не знают, что им уже приготовили. А услышав, не хотят верить или задумываться о последствих. Иначе, тогда придется что-то делать, выходить из привычной зоны спокойствия и комфорта. Об этом равнодушии у chju в Антонио Грамши - "я ненавижу равнодушных".

«Ненавижу равнодушных: как Фридрих Геббель, считаю, что «жить — значит занимать определенную позицию». Не могут существовать просто люди, стоящие вне общества. Тот, кто действительно живет, не может не быть гражданином, не может не занимать определенную позицию. Равнодушие — это не жизнь, а безволие, паразитизм, трусость. Поэтому я ненавижу равнодушных.

Равнодушие — балласт истории. Это свинцовый груз новатора, это нечто инертное и вязкое, зачастую гасящее самый пламенный энтузиазм, это болото, окружающее крепость старого общества и защищающее его лучше, чем самые прочные стены, чем грудь воинов, потому что оно затягивает атакующих в свою илистую топь, обескровливает и устрашает их, вынуждая иногда отказаться от героического начинания.


Равнодушие — могучая сила, действующая в истории. Оно действует пассивно, но все же действует. Это — покорность року, то, на что нельзя рассчитывать, что срывает программы и ломает лучшие планы; это грубая материя, восстающая против разума и губящая его. То, что происходит, то зло, что обрушивается на всех, то возможное добро, которое может быть порождено героическим действием (общечеловеческой значимости), — результат не столько инициативы тех немногих, кто действует, сколько равнодушия, безучастности большинства.

То, что происходит, свершается не столько потому, что этого хотят немногие, сколько потому, что масса людей отказывается проявить свою волю, предоставляет свободу действия другим, позволяет завязываться таким узлам, которые позднее можно будет разрубить только мечом, допускает принятие таких законов, которые впоследствии заставит отменить лишь восстание, позволяет овладеть властью таким людям, которых позднее можно будет свергнуть только путем мятежа (выделено мной).

Фатальность, которая кажется господствующей в истории, есть как раз не что иное, как обманчивая внешняя оболочка этого равнодушия, этого самоустранения. Подспудно назревают какие- то события. Руками немногих людей, находящихся вне всякого контроля, ткется ткань коллективной жизни, в то время как масса пребывает в неведении, так как все это ее не волнует. Судьбами эпохи манипулируют, исходя из узких представлений, ближайших целей, личных амбиций и страстей маленьких групп активно действующих людей, в то время как масса людей пребывает в неведении, так как все это ее не волнует. Ее подспудно назревавшие события свершаются, ткань, готовившаяся исподволь, соткана, и тогда кажется, что история есть не что иное, как гигантское явление природы, извержение, землетрясение, жертвами которого становятся все: и те, кто этого хотел, и те кто не хотел, кто знал и кто не знал, кто проявил активность и кто остался безучастным. У безучастных происшедшее вызывает раздражение, они хотели бы избежать последствий, хотели бы, чтобы стало ясным, что они не желали того, что произошло, что они не в ответе.

Одни жалобно хнычут, другие непристойно бранятся, однако никто или почти никто не задается вопросом: а если бы и я выполнил свой долг, если бы я попытался настоять на своем, заставить прислушаться к моему совету, то тогда случилось ли бы то, что случилось? Никто или почти никто не ставит себе в вину собственное равнодушие, скептицизм, отказ протянуть руку помощи и оказать содействие тем группам граждан, которые боролись именно для того, чтобы не дать свершиться злу, стремились именно к тому, чтобы добиться добра.

Большинство таких людей, когда все уже свершилось, предпочитают рассуждать о крушении идеалов, окончательном крахе программ и прочих столь же приятных вещах. Так они снова начинают уклоняться от всякой ответственности. И вовсе не потому, что они не разбираются в происходящем или не в состоянии иногда выдвинуть превосходные решения самых неотложных проблем или таких проблем, которые хотя и требуют для своего решения серьезной подготовки и времени, тем не менее столь же неотложны. Однако эти решения остаются великолепнейшим пустоцветом, этот вклад в коллективную жизнь не озарен проблеском нравственного света — он всего лишь продукт интеллектуального любопытства, а не острого чувства исторической ответственности, которое требует от всех быть активными в жизни, не допускает какого либо вида агностицизма и безучастного равнодушия.

Я ненавижу равнодушных еще и потому, что меня раздражает нытье этих вечно невинных. Я спрашиваю у них ответа, как они выполнили ту задачу, которую поставила и продолжает ежедневно ставить перед ними жизнь, я спрашиваю о том, что они сделали, и особенно — чего не сделали. При этом я чувствую, что могу быть непреклонным, что я не должен растрачивать зря на них свою жалость, не должен проливать вместе с ними слезы.

Я живу, я занимаю определенную позицию. Поэтому я ненавижу тех, кто не принял определенную сторону, ненавижу равнодушных.»
(Печатается по: А.Грамши. Избранные произведения. — Москва, 1980. 422 с.)

Subscribe
promo rjadovoj_rus january 13, 2015 11:36 34
Buy for 50 tokens
Оригинал взят у mike_ermakov в Газета «Суть времени» Товарищи! Открыта очередная подписная компания на газету «Суть Времени». В газете публикуются серии аналитических статей по различным видам войн, ведущихся в России и мире. В частности, в газете…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments