rjadovoj_rus (rjadovoj_rus) wrote,
rjadovoj_rus
rjadovoj_rus

Захар Прилепин и две истории пленных - "Т.е. вот эти ребята – они о нас заботились"

Самое скотство, что отморозки, придя к власти, получают власть над нормальными людьми. И командуют этим людям, что делать.
А потом из-за этого страдают нормальные.
Такие, как те солдаты, которые заботились о пленных.


Оригинал взят у hippy_end в Захар Прилепин и две истории пленных - "Т.е. вот эти ребята – они о нас заботились"

Захар Прилепин беседует с вернувшимся из плена ополченцем добровольцем из России Тенгизом – 21 сентября 2014 года



«Мне 43 года, я [проживаю] в Российской Федерации, город Владикавказ, республика Северная Осетия, Алания» – «Вы русский?» – «Нет, я грузин. Моя история как… Т.е. взяли меня в плен 10 числа на блокпосту Амвросиевка» – «Как попали в Амвросиевку? Предысторию расскажите?» – «История значит такая. Я 6 числа прибыл добровольцем в ДНР, На передовой как бы начался минометный обстрел. И наши командиры получили приказ уйти с позиции.

Мне командир говорит: оставайся на позиции прикрывать наше отступление. Вот, я лежал час, может, больше. Ну, потом дума: всё, надо выбираться или я попаду в плен, с оружием, – качает головой. – Ну, как бы выбираясь я переоделся в гражданку, в принципе прикопал свои вещи, амуницию и стал выбираться по гражданке. Вот. В результате – попал в плен. На блокпосту. Ну, в принципе придрались из-за того, что у меня отсутствовало миграционное удостоверение.

На приемке ну, сразу так сказать, подвергся жесткому прессингу. Т.е. в меня и стреляли, расстреливали, и закопали меня живым. Вот. Руку пытались отрезать, – закатывает рукав, показывает. – Душили, ребра все переломали. Короче, я еле живой, меня доставили на базу Правого сектора. Там как бы пытки…» – «Они резвились? Или спрашивали что?» – «Они пытались из меня выбить то, что я снайпер. Т.е. ты снайпер и всё тут. Я говорю: я не снайпер. Вот они продолжали пытки. Т.е. признайся, что ты снайпер, иначе ты умрешь.

Я говорю: пусть я умру, но я не снайпер. Ну, и короче говоря, они пытали всячески. Меня и подвешивали – за спиной руки как бы в наручниках. Вот. Ну, и кулек на голову душили. В общем, много я там чего натерпелся. Вот. Потом пришла как бы то ли разведка, то ли контрразведка, и они запретили им со мной так жестоко обращаться. Вот. После этого условия содержания как бы улучшились. Т.е. до этого я неделю вообще ничего не ел. Потом начали что-то раз в день давать. Еду какую-то. Воду начали давать.

Ну, где-то дней двенадцать я пробыл на третьем этаже там здания. Вот. Потом меня перевели в подвал. Где находилось пятнадцать человек на пяти койках размещались. Вот. Тоже сперва было плохо как бы с питанием. С водой. Ну, а потом видно они получили какой-то приказ, нас начали регулярно кормить. Т.е. мы получили два–три раза в день питание. Ну, как бы маленькая комнатушка, 15 человек – весь негатив.

Ну и иногда забегали бойцы, насколько я понял, это был Донбасс, значит, и избивали дубинками всех подряд. Вот. Двоих – ну это было не при мне, я на третьем этаже был – двоих в подвале забили насмерть. И 8 августа меня уже перевезли на базу в Курахово вот с ребятами вместе» – «В контейнер?» – «Да, сначала в этот контейнер – душегубка мы его называли. Тоже там была одна ужасная ночь у нас. Т.е. когда градусов 70 жары, воды нет, т.е. мы все задыхаемся, кричим: откройте нас, откройте – никто как бы не реагирует. Мы думали, что до утра… Т.е. сердце колотится , уже предынфарктное состояние было у всех.

Вот. Ну, не умерли. Утром нас открыли. Мы в озеро запрыгнули все, в общем, минут пятнадцать там сидели, наслаждались холодом. А потом нас на следующий день или через день перевели уже в гараж» – «И сколько вы там пробыли в гараже?» – «Значит в общей сложности я пробыл 70 дней в плену. Т.е. 35 дней где-то в Правом секторе и потом уже в Курахово»

«Ну, как-то было между вами общение или..?» – «Да. Т.е. мы разговаривали. Они тоже говорили о том, что они против этой войны. Но долг есть долг. Они защищают свою родину. Свою землю. Т.е. они выполняют свой долг и собираются это делать и дальше. Ну, узнавали у нас: зачем мы ввязались в эту, «не нашу» войну?» – «Вы говорили правду или как-то пытались слукавить?» – «Мы… Нет. В принципе мы с ними разговаривали довольно открыто. В основном всё говорили как есть.

Они всё не верили, что мы приехали сюда добровольцами, а не за деньги. Т.е. они пытались, типа: сколько вы получали там? Мы никогда не поверим, что вы вот так вот на энтузиазме, на патриотизме приехали, всё бросили: дом, семью, там у кого-то бизнес –приехали сюда за так. Я говорю: ну, наверное есть еще в человеке какие-то патриотические чувства, ради которых он совершает какие-то, необдуманные может быть, поступки. Т.е. вот так взять всё и бросить ради…»

«У вас дом, семья, бизнес?» – «Да, у меня дом, семья, бизнес. У меня двое детей. Жена. Мать старуха. Бизнес довольно-таки процветающий. Я всё оставил. По сей день. Ну, жена моя продолжает» – «Вы созвонились?» – «Дней 20 назад у меня была связь с женой. Счас пока не знаю, что там как происходит?» – «Т.е. она знала, что вы в плену, да?» – «Да. Т.е. еще с блокпоста звонили. Ну, они у меня как бы выбили еще пин-код от карточки моей банковской там и счистили там порядка 120 тысяч рублей лежало на карточке – они это всё умыкнули.

Вот. Ну и плюс они пытались с женой разговаривать… Я когда им давал пин-код, они к для того, чтобы на меня надавить как бы,  выбили у меня номер телефона. Ну… там было сложно что-то у них умалчивать, потому что тут же град ударами прикладов. Т.е. я уже еле мог шевелиться. Был прикован наручниками к дереву трое суток. Т.е. к огромному дереву – у меня вот следы на руках до сих пор от этого дерева остались, – показывает. – Содрал всё себе. И они с ней разговаривали. И сказали, вот в первый же день, что ваш муж находится в плену в Правом секторе.

Потом, когда я уже был в самом Правом секторе на их базе, тоже была связь с супругой, но в основном они хотели от нее подтверждения моих данных. Т.е. то, что я говорил как бы. Жена не хотела с ними разговаривать, поэтому они мне дали трубку, типа: скажи своей жене, чтобы она отвечала на наши вопросы. Ну, их в основном мои, ну, личное дело, скажем так, интересовало.

Т.е. почему я не служил в армии? Есть ли у меня бизнес? Ну итак далее. Т.е. какой бизнес? Зачем вопросы? Наверное, чтобы подтвердить, что я не вру. Вот. И потом уже, когда меня перевели на базу в Курахово, т.е. тоже у меня была связь. В принципе много мы не общались. Жив, здоров. Как ты там? Т.е. на этом всё» – Захар набирает номер его жены и дает ему трубку

Тенгиз: «Алло, привет!.. Да, это я… Как у вас там дела?.. Меня сегодня обменяли, я уже в ДНРе… Как меня забрать? Я… Слава богу живой, – улыбается. – Как дети? Как дети, Лен?.. Нормально себя чувствую. Не переживайте. Всё хорошо… Детям привет огромный… Ну, не знаю, Лен, нас только сегодня обменяли. Я еще ничего не знаю… Скоро буду дома… Как только, так сразу… Давай, Ленка, я буду на связи иногда выходить. Давай, – отдает телефон. – Спасибо. Плачет сидит» – улыбается

И вторая беседа – доброволец из Уфы Камиль – 21 сентября 2014 года – особенно послушайте, прочитайте про воздух и  воду – для лучшего понимания ключевых ценностей в жизни на этой планете



«Сколько вам лет?» – «29 лет исполнилось» – «Какой город?»  – «Города Уфа, Россия» – «Как вы сюда приехали? Когда?» – «В Горловке я уже был 7 июня… У меня после минометов, после всего этого башку рвало сильно. Я просто не мог находиться на месте. Поэтому я взял такси и на «была не была» поехал на границу. Приехал» – «По дороге взяли, да?» – «На границе, на КПП Успенка»

«Куда вас повезли?» – «Два дня держали там. Потом повезли в Курахово» – «И как там сразу было? Обращение7..» – «Да как сказать… Принимали погранцы. Две ночи я ночевал там. Отношение было нормальное. Ну как. Спать на полу, но кормили тем, что сами ели. Руки и ноги связаны, глаза завязаны. В сортир поднимут» – «Ну, они как-то вы разговаривали, чё-то спрашивали? Был негатив?» – «Нет, какого-то негатива – нет. Угроз не было. Конечно, подходили: пальчик отрежем, ушко отрежем, но до дела не доходило совершенно. Т.е. ребята погранцы, молодые.

Потом погрузили в машину, как выяснилось, с тремя бойцами Правого сектора. Повезли сначала на одну базу Правого сектора. Потом из ямы достали еще одного заключенного, тоже догрузили к нам. И потом поехали, долго-долго ехали, через Волноваху, я помню, проезжали, через указатель Красное проезжали. Ну, глаза завязаны, вот так вот, – показывает, сильно задирая нос. – Чуть-чуть вижу. Так сижу… Приезжаем ночью  к какому-то пункту. Я не помню, там было очень темно. Ну всё, приехали.

Вот. Открылась дверь контейнера такого специфического и значит меня туда – фью, – машет рукой со свистом. – Дверь закрылась. Что представлял из себя этот контейнер. Он герметичный практически. Держит тепло очень хорошо. Там нет света. Там нет воздуха. Там значит стояли ванны – такие большие, 4–5-метровые ванны для разделки рыбы. С двух сторон ванны, – показывает. – Раз, два. Значит, в них содержались пленные.

Там были следы чешуи, соли на этой ванне. Т.е. ложишься вот так вот, – показывает, руки вдоль тела. – Ну, естественно света нет никакого, воздуха нет. И спишь. Помимо меня там было еще четыре человека. При каких обстоятельствах их взяли?.. Они как-то нарвались, то ли на Авдеевке… где-то нарвались на танк и вынуждены были сдаться. Все были изрядно помятые. Т.е. я такой целенький потому что меня принимали погранцы, а не блокпост. Кого принимал блокпост, тем у-у-у… Тем было плохо.

На следующее утро открывается дверь. Соответственно в помещение попадает воздух и свет. Минут 10 ты адаптируешься. И значит меня вот вывели. Там контейнер, дверь вот так открывается, здесь мы садимся, – показывает на пальцах. – Мне было предложено сняться в сюжете для украинского ТВ, в котором бы я сказал, что я агент ФСБ, завербованный в Крыму для проведения на территории Украины диверсионной деятельности подрывной. Или мы тебя убьем.

У меня вариантов особых не было. Я согласился. И значит началась обычная жизнь пленного в душегубке. Мы ее так прозвали. Потому что закрывается дверь, перестает поступать кислород. И вот обмахиваешься допустим чем-нибудь, – берет тетрадь со стола, показывает. – Этот процесс – он воздуха тебе не доставляет. Т.е. вот так делаешь, – машет. – Вхолостую. Воздуха нет. Дышать нечем.

(бессмысленный процесс – кислорода больше не становится, а затрачиваемая на маханье энергия только нагревает еще больше за счет мышечных усилий – запомните это)

Воды выдавали по баклажке пятилитровой на 5 человек в сутки. Сколько-то там хлеба. Но первую неделю я вообще ничего не ел. Ну, нервы, сами понимаете. И было какое-то сало. Чё-то было.  Ребята худо бедно пили, ели, друг друга поддерживали. Еще один был парень. Он попал в самый страшный замес из всех нас. Был вызов, где-то район Петровского. Я в Донецке плохо ориентируюсь. Я тут был всего… второй раз. Второй день… Где-то в район Петровского. Они сели вчетвером на красную газель. И был вызов на мародеров, которые грабят дом человека.

И значит они приехали, а там была либо регулярная армия, либо Национальная гвардия Украины. Ну, и произошла стычка. В результате этого боестолкновения погибло трое ополченцев и двое с украинской стороны солдат погибло. Ну, его приняли. Как его на приеме избивали, так наверное никого не избивали. Т.е. когда он там в своей ванне корчился, у него были все ребра здесь сломаны, голова вот такая, –показывает обеими руками. – Короче самый поломанный был из нас. Ему врача взывали.

Ну, как жили, открывали дверь так вот, – показывает. – Три раза постучали в дверь, все должны принять горизонтальное положение и поднять руки вверх. Ну, чтоб можно было посчитать, сколько тел находится в душегубке. Значит открывается дверь, идет команда, допустим: москаль на выход или банда на выход. Ну, т.е. кого-то конкретного хотят видеть или всю дружную команду.

И соответственно значит выходили. Значит, 5 минут на помывочку, на туалет. Иногда угощали сигаретами. Давали воды иногда, когда не забывали. Ну, собственно, так 10-15 минут в день мы проводили на солнечном свете. Все остальное время там. Самое страшное конечно было – это жара. Всё остальное можно было там не есть, не пить, но самое страшное – это жара. Самый жуткий случай у нас был такой, что… оставалось где-то 0,5. Точнее не 0,5, а 2,5 литра – получается половина баклажки такой на пятерых. И нас забыли на 28 часов там. Было жарко. В тени было сорок градусов, потом народ нам сказал.

Прямо перед этой душегубкой нашей было Кураховское водохранилище. Некоторые говорили, что это Днепр, некоторые, что водохранилище Кураховское. Пес его знает. Ну, 5 метров и вода. Всё. Вот мы там зачерпывали воду канистрами и мыли ванны. Чтоб в чешуе, соли не спать совсем страшно уже вот. И осталось полканистры этой воды. Ну, где-то часов через десять мы начали эту воду пить. И пили ее… на ура!

В общем, каким-то образом умудрились дожить до рассвета. Там уже орали. А там звукопроходимость никакая. Стена представляет из себя вот такие плотные листы, склепанные между собой, потом вот такой слой парагона очень толстого, – показывает. – и этот, [салинг?] с другой стороны. Т.е. пробить эту стену, прокричать было невозможно. А дверь закрывалась снаружи на огромные такие штыри. Т.е. выбить ее тоже было нельзя.

Мы значит отковыряли кое-какие гайки… Ну, там через дверь шли вот такие вот болты. Гайки мы откручивали, болты пытались вытащить, чтоб как-то воздух попадал. И случилось так, что кто-то из мирных жителей, какая-то женщина с детьми подошла, она это услышала, мы просили воды, она эти болты выдернула. Так у нас появилось три отверстия, через которые мы дышали. Ну, потом видно ее заметили, пришли, ее прогнали, нас отпустили. Ну как отпустили – выпустили на 10 минут.

Первое, что я сделал, нырнул в это озеро и выпил оттуда литра три воды, – смеется радостно. – Ну, это была самая вкусная вода в моей жизни. Ну, а потом через какое-то время, где-то наверно числа первого ребят заставили, ну как заставили – предложили дать показания о том, как их задержали. Т.е. они составили письменные документы о задержании. Причем задержание было по факту 25 июля, они написали 1 августа. Ну, чтоб не нарушать там закон, три дня. И их увезли значит в правовое поле на СИЗО.

Т.е. приехал автозак такой серьезный, приехали как я понял какая-то Альфа украинская, крутые ребята так сказать с кучей боеприпасов и оружия. Вот. И полковник Сережа он им донес такую простую мысль. То, что, мужики, будете петлять, не будет у вас мера пресечения взятие под стражу,  я вас поймаю, привезу сюда и убью. Значит ваша задача: сесть в СИЗО, потом чтобы был суд и получить срок. Какой это будет срок: час, день, год – меня не волнует. Но если вы срок не получите, то же самое. Сюда привезу, здесь убью. Т.е. они туда уехали получать свой срок.

Мы были из душегубки переведены в гараж. Т.е. там уже был свет солнечный. Там был воздух. Правда, там мы сидели в наручниках, но это такая фигня по сравнению с отсутствием света и воздуха! Там нам выдали уже книжки. Мы могли читать книжки. Там как бы уже кормили лучше, сухпай нам в день давали. Там нам давали свечку – т.е. ночью могли как-то там чё-то делать. Кое-какую одежду. Вот одеяла нам там выдали. Потому что до этого… в чем мог, – улыбается. – Но там условия постепенно улучшались, улучшались и улучшались.

Ну, т.е. чем ближе, как говорится, к выписке, тем лучше были условия. Потом приехали еще два военнослужащих, ну, солдаты обычные, вот они о нас уже заботились гораздо больше. Я не знаю, почему, вояки простые – чистые погоны, чистая совесть. Т.е. нам и конфетки таскали, мороженое было. Т.е. вот эти ребята – они о нас заботились. Это можно сказать точно. И вот про именно армию украинскую, что они там какие-то жуткие, я не могу этого сказать»

«Когда выпускали, что-то сказали на прощанье?» – «Приглашали в гости после войны. Чтобы забыть весь этот ужас» – «А кто, вот эти вот солдатики?» – «Да… Ненависти к этим людям прямо вот такой бешеной я не испытываю. Были конечно упыри, которые заезжали на ту базу. Но те, кто там жил постоянно…»

Вот такие два рассказа

Subscribe
promo rjadovoj_rus january 13, 2015 11:36 34
Buy for 50 tokens
Оригинал взят у mike_ermakov в Газета «Суть времени» Товарищи! Открыта очередная подписная компания на газету «Суть Времени». В газете публикуются серии аналитических статей по различным видам войн, ведущихся в России и мире. В частности, в газете…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments