rjadovoj_rus (rjadovoj_rus) wrote,
rjadovoj_rus
rjadovoj_rus

КОСНЕТСЯ ВСЕХ: перспективы капитализма

Оригинал взят у vaspono в КОСНЕТСЯ ВСЕХ: перспективы капитализма
Оригинал взят у tatamo в КОСНЕТСЯ ВСЕХ: перспективы капитализма
Оригинал взят у kolybanov в Плутовской капитализм: возвращение к карикатуре - новость из рубрики Общество, актуальная информация
http://newsland.com/news/detail/id/1091925/

Плутовской капитализм

Новость на Newsland: Плутовской капитализм: возвращение к карикатуре

На типовых плакатах советской эпохи запечатлены омерзительные лики представителей мирового капитала – мордатые, хитрые, злобные, лицемерные, исполненные корыстью и демонстрирующие полную и абсолютную готовность к любому циничному надувательству.

Добавим в сей визуальный ряд одержимых сверхприбылью фриков еще и злокозненных плохишей-буржуинов Аркадия Гайдара, а также диктаторствующих в режиме высококалорийной диеты «Трех толстяков» Юрия Олеши.

Все, кто захватил советский период хотя бы на уровне детства, впитали этот карикатурный образ глубоко в подсознание. Говоря современным языком, он стал мемом.


В России эпохи больших перемен карикатуризация капитализма была объявлена делом рук прожженных советских пропагандистов, а сам современный капитализм западного типа предстал белым и пушистым – правильным, процедурным, социально ответственным и полностью транспарентным. В этого сказочного принца на белом коне законопослушания верилось ровно до того самого момента, пока не хлынул поток новостей из разряда «Не может быть!»

Многомиллиардные пирамиды Бернарда Мейдоффа и Аллена Стенфорда: Сергей Мавроди снимает шляпу. В отличие от последнего, Мейдофф и Стенфорд имели дело не с дезориентированными «шоковой терапией» и охмуренными Леней Голубковым дедками и бабуськами, а с солидными инвесторами, в распоряжении которых были биржевые консультанты, финансовые аналитики, ведущие аудиторские компании и рейтинговые агентства.

Рейтинговые агентства – это, вообще, отдельная песня. Их подлинную роль и меру ответственности в сознательном заметании под ковер более, чем очевидных, симптомов разворачивающегося мирового финансового кризиса еще предстоит определить. В ноябре 2012 года Федеральный суд Австралии признал одно из агентств «большой тройки» виновным в сознательном введении в заблуждение инвесторов. И это, похоже, только начало.

Дальше больше – старейшие американские, английские и даже швейцарские банки замечены в манипулировании ставкой межбанковского кредитования LIBOR. В отдельных случаях это привело к громким отставкам. А один из старейших и респектабельнейших английских банков, помимо вышеупомянутых манипуляций с LIBOR, попался еще и на отмывании денег мексиканских наркокартелей, за что будет должен заплатить властям США изрядный штраф.

Сотрудники банков стремятся не отставать от своего руководства. Трейдеры Жером Кервьель и Квеку Адоболи принесли своим махинаторством многомиллиардные убытки банкам, где работали. Руководство банков было, понятное дело, «не в курсе». Хотя каждому, кто хоть немного знаком с корпоративным миром, известно, что на любые транзакции, предполагающие крупные денежные суммы, существует система sign-off - то есть, визирование действий подчиненного со стороны его непосредственного начальника, и дальше по цепочке.

От корпораций и банков не отстают и правительства. Проводимые сейчас центробанками США, Евросоюза, Великобритании и Японии так называемые «количественные смягчения», по сути, мало чем отличаются от приснопамятных ГКО. Вопрос только в том, когда наступит «час Икс» - обрушение создаваемой на государственном уровне пирамиды. Впрочем, нет отставаний и по топовым персоналиям. Сексуально неутомимый Сильвио, трижды премьер Италии, – страны, входящей в «большую семерку» ведущих западных держав – признан мошенником (surprise-surprise). На сей раз уже по решению суда.

Вдохновившись деяниями финансовых структур и правительств, за дело взялись граждане. В тишайшей и законопослушнейшей Чехии грандиозный скандал. Паленым алкоголем на метаноловой основе (привет из России 1990-х!) насмерть отравились несколько десятков человек. Потери почти сопоставимые с потерями чехов во Второй мировой, когда страна организовано капитулировала, быстренько подняв перед немцами хорошо смазанный шлагбаум.

А предприимчивый француз Жан-Клод Мас наладил массовое производство имплантантов для груди из технического силикона, сильно сэкономив на издержках производства. Опасные для здоровья имплантанты были установлены почти полумиллиону женщин в 65 странах мира! Список подобных деяний, которые раньше, в основном, фигурировали в тенденциозных передачах российского телевидения про «лихие 1990-е», можно продолжать и продолжать. На очереди, видимо, продажа накачанных нитратами арбузов в европейских супермаркетах и разбавление бензина ослиной мочой. Вопрос – это набор случайностей или же тренд?

Добропорядочные мерзавцы: между Вебером и Марксом.

В описании механизма действия капитализма есть две основные линии интерпретации, принадлежащие двум ведущим социологами прошлого – Карлу Марксу (1818-1883) и Максу Веберу (1864-1920). Маркс упирал на эксплуататорскую и пройдошную сущность капитала (впрочем, не он один – это был мейнстрим социалистической мысли XIX века: вспомнить хотя бы того же Пьера-Жозефа Прудона с его знаменитым: «Собственность – это кража»). Вебер же акцентировал роль протестантской этики с ее скопидомством, честностью, трудолюбием и аскетизмом.

Впрочем, правы были оба – в те времена, когда они писали, капитализм был двуликим Янусом, сочетавшим в себе, с одной стороны, аферизм, беспринципность и жестокость, а, с другой, – самоотверженное служение делу. Как часто бывает с тем или иным течением научной мысли (не говоря уже об идеологии), во имя акцентирования любимого конька игнорируется многослойность реальности.

В перестроечные и постперестроечные времена Марксу часто пеняли на то, что он перегнул палку и преувеличил с «эксплуатацией». В чем-то, наверное, да, поскольку Маркс упорно отказывался замечать постепенный, но неуклонный рост благосостояния рабочих на протяжении всего XIX века (что происходило, однако, в результате их борьбы за свои права, а не благодаря филантропическому настрою капитала). Что же касается изобличаемого Марксом аферизма, то он никуда не делся. Взять хотя бы знаменитую панамскую аферу или надувание пузырей, приведшее к Великой депрессии.

С «протестантской этикой» Вебера, наоборот, у нас в постсоветские времена носились и носятся, как с писаной торбой. Некоторые договорились до того, что объявили протестантизм «самой прогрессивной религией», способствующей наиболее продвинутым формам социальной организации. Хотя в доктринальном плане на честность и порядочность протестантизм особо не упирает (это, скорее, общебиблейские и общехристианские требования, к неполному соблюдению которых в бытовой жизни всегда относились с пониманием).

Среди протестантов честность, порядочность, трудолюбие и трезвость сформировались, на самом деле, как способ выживания гонимой общины во враждебном мире. Ведь по-другому было просто не выжить! Аналогичная история произошла и с русскими староверами, хотя те, в отличие от протестантов, были не реформаторами религии, а, наоборот, архиконсерваторами и поборниками сохранения обрядов и ритуалов в том виде, как они сформировались на протяжении столетий. Интересным же доктринальным моментом в протестантизме было выстраивание прямой зависимости между богоугодностью человека и количеством имеющихся у него денег. То есть, небесная канцелярия с высоты своего обзора издалека видит праведников и дает им возможность заработать. В этой логике богатый человек, по определению, не может быть порочным.

В США протестанты всегда были и, в значительной мере, остаются основой политического и финансового истеблишмента. То есть, мы имеем дело не с гонимой религиозной общиной, а вполне себе с доминантной. В XIX веке миллиардеры-протестанты стояли во главе американского промышленного и финансового бума. Методы, которыми они пришли к своим баснословным богатствам, были весьма далеки от безупречных. По средневековой аналогии, за ними закрепилась кличка «баронов-разбойников» (robber barons). Среди «стариков-разбойников» фигурировали такие громкие имена, как Карнеги, Морганы, Рокфеллеры, Вандербильты (с последними безуспешно пыталась конкурировать укутанная в меха шанхайского барса Эллочка-Людоедка).

Протестантские сдержанность и аскетизм объявили технический перерыв. Например, скандально известный Пирпонт Морган (1837-1913) имел обыкновение съедать за обедом и ужином по семь перемен блюд (сюжет «Трех толстяков» вовсе не высосан из пальца). Более того, под конец жизни он начал считать себя живущей реинкарнацией египетских фараонов и собирался построить для себя усыпальницу в Египте, превосходящую по размеру пирамиду Хеопса. Однако, разразившаяся вскоре после его смерти Первая мировая переключила внимание наследников Пирпонта Моргана на более земные и более маржинальные проекты.

Еще одной особенностью американского протестантизма образца конца XIX – начала XX века была уверенность «богоизбранных» миллиардеров и миллионеров в своем данном с «самого верха» праве решать за рабочих, что им, неразумным, на самом деле нужно. В отличие от Европы, профсоюзное движение в Америке развивалось крайне медленно, поскольку частным охранным агентствам, принадлежащим собственникам предприятий, разрешалось открывать огонь на поражение по мирным бастующим рабочим. В России при «Николае Кровавом» было всего два случая стрельбы по мирным демонстрантам, получившим широкую огласку – «кровавое воскресенье» и «Ленский расстрел». В Америке же рубежа веков таких случаев были десятки. Прекращение отстрела недовольных рабочих и введение деятельности профсоюзов в правовое русло произошли только при президенте Рузвельте.

В западной прессе 1990-х термин «бароны-разбойники» закрепился и за российскими олигархами. Кому-кому, а им с их славной, так сказать, «протестантской» этикой, сводимой к формуле «у кого нет миллиарда, тот идет в жопу», протестантизм с его постулатом непогрешимости богатства точно бы подошел в качестве религии. Однако, принадлежность большинства из них к другой конфессии, где тема избранности столь же сильна, а отход от корней – как религиозных, так и этнических - более, чем не приветствуется, наложили существенное ограничение на гипотетически возможный массовый переход в протестантизм российской бизнес-элиты.

Подзабытый шарж, как источник вдохновения.

Советская карикатура на капитализм формировалась в 20-30-е годы XX века. Капитализм получился уж больно плотоядным, но таковы законы жанра, построенного на гиперболе и гротеске. Если мы вспомним, то это были времена Великой депрессии, массовой безработицы, гиперинфляции и малоприглядных авторитарных режимов. Материалец-то для шаржа был весьма недурен.

С тех пор образ капитализма в советском сознании, под влиянием бесконечно повторяемых идеологических клише,  законсервировался, а сам западный капитализм претерпел изрядные изменения. Изменения он претерпевал под влиянием советского проекта, который, вплоть до конца 1960-х годов, оставался с ним вполне конкурентоспособным, а также собственно коммунистов и социалистов. Сколько бы мы сейчас не потешались над социалистическими идеями и их проповедниками с высоты нынешней колокольни (с изрядно размытым, надо сказать, основанием), такие абсолютно привычные в наши дни вещи, как всеобщее избирательное право, восьмичасовой рабочий день, пятидневная рабочая неделя, оплачиваемые отпуска и доступная медицина появились благодаря их усилиям и, заметьте, относительно недавно.

В благополучнейшей же, с точки зрения российской либеральной общественности, Англии еще в начале XX века демонстрации суфражисток, женщин выступавших за равные избирательные права с мужчинами, нещадно разгонялись дубинками. Приказы об этом отдавал небезызвестный сэр Уинстон Черчилль, занимавший в те годы должность министра внутренних дел. А оплачиваемый отпуск в Англии начала 1960-х годов – периода, к которому английское социальное государство уже пустило довольно глубокие корни – составлял всего одну неделю в году.

Под давлением внутренних и внешних оппонентов капитализм был вынужден сформировать пресловутое «социальное государство», вслед за которым наступила очередь фитнеса, диет, борьбы с курением и, наконец, политкорректности (согласно последним веяниям в рамках доктрины политкорректности, владельцам кошек и собак надлежит называть себя не их хозяевами, а «компаньонами»). Из жовиального жирдяя-негодяя западный капитализм превратился в субтильного рафинированого лицемера.

Российский же капитализм постсоветского образца вырос целиком из сидящей в подсознании бывших советской людей идеологизированной карикатуры: кичиться богатством и властью, кидать, унижать и жрать от пуза. Новые хозяева жизни были будто срисованы с советских агитплакатов. Неудивительна нелюбовь к ним их западных визави: в российских нуворишах виделась иллюстрация к своему вытесненному, но не окончательно забытому прошлому (так деревенский неотесанный родственник невольно напоминает «столичной штучке» о своих негламурных посконных корнях, вспоминать о которых с каждым годом хочется все меньше и меньше).

Между приличиями и неприличностями.

Сейчас западная цивилизация оказалась в ситуации расколотого сознания. С одной стороны, по инерции продолжается привычный дискурс про верховенство закона, честную игру, прозрачность, борьбу с коррупцией, политкорректность и права человека. С другой стороны, все изолгались, проворовались и протратились. Совмещать дискурс и реальность с каждым годом будет все труднее. Маска святоши на лице словоблудствующего пройдохи будет смотреться все менее и менее убедительно.

Неразрешимость финансовых проблем, в которые загнала себя западная цивилизация, начали осторожно признавать ее лидеры. Так, Ангела Меркель заявила, что наивно полагать, что долговой кризис в Европе может быть разрешен за пару лет. По ее мнению, на его преодоление уйдет, как минимум, лет пять, а то и более. На эзоповом языке политиков «пять и более лет» означает, что проблема, вообще, не имеет решения. Просто политикам, идущим на выборы, такие вещи говорить категорически противопоказано.

Ничем необеспеченные деньги, «напечатанные» в огромных количествах, в результате «количественных смягчений», в обозримой перспективе (где-то до 2020 года) неизбежно приведут к гиперинфляции и безработице на уровне 25-30 процентов. А это означает повторение сюжета Великой депрессии. Тот факт, что инфляцию до сих пор удается сдерживать, объясняется тем, что инфляция искусственно загоняется в сумму астрономического долга. Но бесконечно консервировать инфляцию таким образом не удастся. Достаточно скоро размер долга сделает всякую инвестиционную деятельность невозможной. И тогда откроются инфляционные шлюзы.

Пикантной особенностью нынешней ситуации является то, что исчезает разница между деньгами накопленными и деньгами напечатанными. Часть правительств - например, Китай и Россия - деньги (в смысле доллары, евро, иены и фунты) копит, а другие правительства - США, Евросоюз, Япония, Великобритания - их активно печатают. Возникает философский вопрос, зачем давать в долг реальные деньги, если нуждающийся сам себе их может напечатать столько, сколько ему нужно?

Китай достаточно быстро смекнул, что оказывать финансовую помощь Еврозоне особого смысла не имеет – одолженные Китаем деньги растворятся среди напечатанных в общем котле гигантского суверенного долга. От стратегии скупки долговых обязательств Китай перешел к стратегии скупки реальных активов по всему миру. Приобрел даже долю в лондонской городской канализации. Впрочем, вопрос запаха денег в новом, свободном от моральной гиперсенситивности, мире стоять уже точно не будет.

Мир спасут «жулики и воры».

Помимо Китая, скоро задумаются о спасении своих авуаров и те частные инвесторы, которые хранят «накопленное непосильным трудом» в многочисленных оффшорах. По оценкам экспертов, сейчас в оффшорах хранится порядка 30 трлн долларов (примерно, два ВВП Америки). Чтобы спасти свое кровное от обесценения, накануне грядущей гиперинфляции эти деньги будут одномоментно вброшены в мировую экономику. На них будут скупаться любые имеющиеся в наличие активы, чтобы не остаться с пустой бумагой на руках. Так при агонии горбачевской перестройки в 1990-91 годах деятели советской теневой экономики усилено скупали валюту, золото и стоящую тогда копейки советскую недвижимость. А наивные граждане, оставившие советские рубли на сберкнижках, пополнили ряды «униженных и оскорбленных».

Два ВВП США в качестве единовременной финансовой инъекции помогут смягчить удар от второго издания Великой депрессии. Мир спасут не крепко-ореховские брюсы уиллисы, а самые что ни на есть глобальные «жулики и воры». Вопрос рукоподаваемости для российской элиты отпадет сам собой. С ней будут говорить, как равный с равным.

За «спасение» мира будет заплачена высокая цена – его «спасители» организуют его по своим правилам. Писатель Эдуард Лимонов, предвещая крах современных западных демократий, высказал предположение, что им на смену придут честные и справедливые диктатуры. Если первый тезис имеющего хорошую интуицию Лимонова кажется довольно правдоподобным, то со вторым можно и поспорить. Во-первых, на протяжении двадцатого века мир видел всего две «честные» диктатуры – Антониу ди Салазара в Португалии и Ли Куан Ю в Сингапуре. А, во-вторых, зачем, вообще, этим оффшорным людям честность?

Мир, скорее всего, разделится на азиатские диктатуры, умеренно коррумпированные и ориентированные на развитие (типа современного Китая), и пост-западные автократии, представляющие собой нечто среднее между «Тремя толстяками» Олеши (начнут ли снова жрать в три горла – это отдельная большая тема) и пиночетовским Чили. Как заметил один из экспертов, специализирующихся на правлении Аугусто Пиночета, в основе пиночетовского экономического «чуда» лежало вовсе не следование рекомендациям «гарвардских мальчиков», а снижение стоимости рабочей силы под дулом пулемета.

Чилийские силовые структуры безжалостно подавили рабочее и профсоюзное движение в стране, вернув отношения между трудом и капиталом к реалиям XIX века. Для грядущих диктатур наиболее принципиальным вопросом будет разгром или, по крайней мере, приведение под тотальный контроль профсоюзов, набравших чрезмерное влияние в сладостную эпоху «социального государства».

==========================================================================================

Чего можно будет ожидать от «звериного оскала капитализма» - грозящей ожить забытой и осмеянной карикатуры? Будут ли стрелять по бастующим рабочим частные охранные предприятия, как это было в Америке сто лет назад, или же дело доверят репрессивной машине государства, работающей в пиночетовском стиле. Каковы будут масштабы афер и всеобщего лихоимства? Пойдет ли история на второй круг – классовая борьба, профсоюзы, социальное государство?

==========================================================================================

Пытаться дать на эти вопросы точные ответы и делать детальный прогноз, как все будет обстоять через 10-15 лет, дело довольное неблагодарное. Что не вызывает сомнений уже сейчас, – это то, что все будут продолжать бессовестно врать, искать соринку в чужом глазу, не замечая полного лесоповала в собственном, а также предаваться всевозможному аферизму - как крупному, так и мелкому. Следовательно, станет больше невозможно прикрывать сахарной глазурью политкорректности разрастающуюся гнильцу плутовского капитализма. Как говорится, и на том спасибо.

Верижников Алексей
Источник: e-xecutive.ru (Татамо: сенкс А.Жалменову за наводку на ролик)


Subscribe

promo rjadovoj_rus january 13, 2015 11:36 34
Buy for 50 tokens
Оригинал взят у mike_ermakov в Газета «Суть времени» Товарищи! Открыта очередная подписная компания на газету «Суть Времени». В газете публикуются серии аналитических статей по различным видам войн, ведущихся в России и мире. В частности, в газете…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments