rjadovoj_rus (rjadovoj_rus) wrote,
rjadovoj_rus
rjadovoj_rus

Газовый контекст революции на Украине и революционный контекст газового контракта с Китаем

Оригинал взят у zergulio в Газовый контекст революции на Украине и революционный контекст газового контракта с Китаем



Сразу после подписания 30-летнего газового контракта «Газпрома» и CNPC во время визита Владимира Путина в Китай многие наблюдатели попытались напрямую увязать его с событиями на Украине.

На первый взгляд, всё очевидно: эскалация отношений Москвы и Брюсселя (ЕС — крупнейший покупатель российского газа) из-за Украины поставила «Газпром» в очень сложные переговорные условия, а подписание контракта в таких условиях стало политическим ответом России на украинский вызов. Именно так события и толковались.

Логика в подобных умозаключениях, безусловно, присутствует, но причинно-следственная связь, мягко говоря, нарушена. И первым на это указал не кто иной, как глава Госдепартамента США Джон Керри. 22 мая, в день подписания контракта, на пресс-конференции в Мехико он заявил:

«Мы не видим никакого отношения (к Украине) в соглашении о поставках газа между Россией и Китаем, над которым они работали на протяжении 10 лет, это не новое, это не неожиданный ответ на происходящие события».

В переводе с дипломатического, события на Украине и газовый контракт России с Китаем связаны, но связаны они ровно наоборот. Дело в том, что наблюдатели пытались увязать их в последовательно-хронологическую цепочку, а события эти являются проявлениями одного большого процесса.

В этой логике Украина и Китай меняются местами. Свидетельством чему — урегулирование всех территориальных споров между РФ и КНР ещё в 2008 году. Не контракт стал ответом России на украинский вызов, а украинские события были попыткой сорвать (приостановить, отложить…) подписание китайского контракта.


Разница вроде бы невелика, но есть, что называется, нюансы. И они таковы, что Джон Керри вынужден был спешно откликнуться на подписание контракта в Китае с противоположной стороны планеты, из Мексики.

Действительно, стоит только отказаться от хронологического подхода к событиям на Украине и в Китае, как все события последних лет начинают укладываться в стройную схему. Принятие «третьего энергопакета ЕС»; серия арабских «революций»; широкая (на грани истерики) рекламная кампания вокруг сланцевого газа; постоянные «угрозы» газовой диверсификации Европы (читай — отказ от российских поставок); голосование Европарламента против «Южного потока»; украинская «революция» и, естественно, российско-китайский контракт…

Смысл комбинации вовсе не в отказе (диверсификации) ЕС от российского газа. Чтобы понять это, достаточно взглянуть на вторую редакцию плана развития европейских сетей (TYNDP) на период до 2020 г., который обсуждался в 2011 г. Согласно этому плану, добыча газа в ЕС за эти годы упадёт почти вдвое. Прирост поставок из Норвегии планируется на уровне 9%. Поставки из Ливии и Алжира запланированы практически на прежнем уровне. Остаются всего два источника роста: Россия и сжиженный газ (СПГ). На долю России «отводится» 40% прироста поставок.

Теперь чистая арифметика. Если у ЕС всего два источника обеспечения роста поставок газа и компенсации падения уровня собственной добычи (Россия и СПГ), то вся комбинация превращается в блеф. Цель блефа — сбить цену на российский газ. В последние годы ЕС активно требовал скидок и получал их на уровне 10–15 %.

Но главной целью разыгрываемой комбинации было лишение «Газпрома» (шире — России) возможности выстраивать долгосрочную стратегию развития на основе «длинных» контрактов и «длинных» денег. Условно, под 30-летний контракт можно брать кредит на 30 лет в любом банке мира.

Немаловажная деталь: в блеф столь сложная и многоуровневая игра превращалась только в случае подписания российско-китайского контракта. В контракт заложены все условия, против которых отчаянно боролся в последнее время ЕС. Ключевые из них — долгосрочность (30 лет) и привязка цены на газ к нефтяной корзине, а не к спотовым поставкам СПГ.

Если представить на секунду сегодняшнюю ситуацию без китайского контракта, то она будет выглядеть следующим образом.

Первое: «третий энергопакет ЕС» по факту под видом либерализации объединяет разобщённый энергорынок Европы и создаёт некого виртуального «единого» покупателя газа. Это позволяет диктовать условия, прежде всего, российским поставщикам, так как они, в отличие от поставщиков СПГ, жёстко связаны с покупателем трубой.

Второе: два альтернативных поставщика газа в ЕС (Алжир и Ливия) взяты под жёсткий контроль НАТО (читай, США). Норвегия входит в НАТО, а безопасность поставок СПГ морем изначально обеспечивается ВМС США.

Третье: события на Украине (контроль США) блокируют один из ключевых маршрутов поставки газа в ЕС. Достаточно вспомнить «революционную» риторику Киева по газовому вопросу всё это время.

Четвёртое: Европарламент голосует за блокирование строительства «Южного потока».

Подобный сценарий развития событий ведёт к ужасающим последствиям для России, которая окончательно превращалась бы в «бензоколонку» для Запада. Но он ужасающим стал бы и для Китая, лишавшегося возможности в долгосрочной перспективе выстроить независимую от США энергетическую стратегию. Именно поэтому контракт, несмотря на сложность переговорной позиции России, был подписан к взаимной выгоде обеих стран.

За скобками остался всего один нюанс. Из приведённого сценария видно, что основным бенефициаром всей геополитической комбинации является не ЕС, а США. Слишком серьёзны для Европы последствия провала авантюры.

Одним из таких последствий является второй этап российско-китайского энергетического сотрудничества, который предусматривает объединение инфраструктуры транспортировки углеводородов из Западной и Восточной Сибири. Это создаёт стратегически иную ситуацию в мире.

Практически одновременно с подписанием «китайского» контракта в Брюсселе проходила конференция по энергобезопасности ЕС. Темой была более тесная координация при закупках российского газа. А сразу вслед за объявлением о подписании контракта в прессе появилось письмо главы Еврокомиссии Жозе Мануэла Баррозу Владимиру Путину.

Глава ЕК пишет, что поставки газа в Европу являются контрактной обязанностью «Газпрома», и предлагает ввести мониторинг объёмов газа, поставляемых на Украину и получаемых в ЕС. А представитель еврокомиссара по энергетике Сабина Бергер по поводу связи письма Баррозу с подписанием российско-китайского контракта заявила буквально следующее: «Мы не можем комментировать соглашение между третьими странами…».

При объединении транспортной инфраструктуры Западной и Восточной Сибири ЕС и АТР вступают в прямую (без посредничества США) конкуренцию за российские энергоресурсы. А прямая конкуренция, как известно, может быть или поводом для боевых действий, или началом большого интеграционного процесса.

Источник


Познавательно.





Subscribe

promo rjadovoj_rus january 13, 2015 11:36 34
Buy for 50 tokens
Оригинал взят у mike_ermakov в Газета «Суть времени» Товарищи! Открыта очередная подписная компания на газету «Суть Времени». В газете публикуются серии аналитических статей по различным видам войн, ведущихся в России и мире. В частности, в газете…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments